Когда свидетель должен заплатить или как продавцы криптовалюты оказались крайними в делах о дистанционном мошенничестве
Сегодня хочется поговорить о теме, которая, возможно, не касается каждого второго россиянина, но в последние месяцы растет как снежный ком. Сценарий во многом напоминает уже легендарное дело Долина - Лурье, где Полина Лурье была вынуждена долго объяснять и доказывать, что не знала и не могла знать о том, что Ларису Долину обманывают мошенники.
Пересказывать эту историю нет смысла - она широко обсуждалась, и многие помнят, чем все закончилось.
Но давайте представим немного другую ситуацию. Представим на месте Полины Лурье не покупателя квартиры, а обычного добросовестного человека, который решил продать криптовалюту, в которой хранил свои накопления. Речь идет именно о добросовестном продавце, а не о дропах и других сомнительных фигурах.
Человек продает криптовалюту на официальной бирже. Ни в какой сговор он не вступает. Деньги получает на свою банковскую карту.
Если упростить схему - это ничем не отличается от обычной сделки на сервисах вроде Авито. Когда вы продаете, например, детскую коляску, вы ведь не вытряхиваете из покупателя всю биографию до седьмого колена. Не выясняете, с какой карты оплачивается покупка - его личной или карты супруга. Не проверяете, кто именно стоит за ником «смешной_котик_88». Так же действует и большинство продавцов криптовалюты. Особенно те, кто не занимается этим профессионально, а просто решил разово продать свои накопления.
Но дальше происходит классическая схема.
В это же время мошенник обманывает очередную «Ларису Долину» и убеждает перевести деньги на банковскую карту продавца криптовалюты. Продавец, получив оплату, переводит криптовалюту на кошелек, указанный «покупателем», который на самом деле контролирует мошенник.
В итоге возникает классический треугольник:
· Мошенник обманывает жертву.
· Жертва переводит деньги.
· Продавец криптовалюты честно выполняет сделку.
Обманутыми оказываются оба: и жертва дистанционного мошенничества, и продавец криптовалюты, который был уверен, что участвует в обычной гражданско-правовой сделке.
Но дальше начинается самое интересное.
Полиция объективно находится под давлением статистики. В делах о дистанционном мошенничестве фигурируют огромные суммы, а показатель возмещения ущерба - один из ключевых. Точные данные не публикуются, но рискнем предположить, что за последние годы этот показатель серьезно просел по сравнению с аналогичными периодами прошлых лет.
И это неудивительно.
На скамье подсудимых чаще всего оказываются дропы или курьеры, которые согласились поучаствовать в схеме за 5–10 тысяч рублей. Есть ли у них деньги на возмещение миллионов? Конечно нет. А в значительной части дел вообще никого не находят. Такие дела приостанавливаются, аккуратно складываются в архив - и ждут своего часа.
В результате - огромные суммы ущерба, низкий процент его возмещения и растущее социальное напряжение.
И здесь, похоже, была найдена довольно своеобразная «формула решения». Если деньги нельзя получить с мошенников - их можно попробовать получить с добросовестных участников транзакции.
Как это выглядит на практике?
Схема примерно одинакова почти во всех делах.
Шаг первый
После возбуждения уголовного дела данные о счетах, картах и телефонах, на которые переводились деньги, заносятся в базу МВД - ПТК ИБД-Ф «Дистанционное мошенничество».
Шаг второй
МВД и Центральный банк обмениваются информацией. Банк блокирует счет по 161-ФЗ.
И дальше начинается квест.
Человек пытается понять, что произошло. ЦБ отправляет в банк. Банк - в ЦБ. ЦБ - обратно в банк. В итоге оказывается, что данные внесены вообще МВД. Иногда на то, чтобы просто понять, что произошло, уходит несколько месяцев.
Шаг третий
Через какое-то время - при хорошем стечении обстоятельств - следователь вызывает человека на допрос. Либо направляет поручение по месту жительства. Человек приносит документы: ордера с биржи, историю сделок, подтверждение операций.
Следователь изучает бумаги, кивает и говорит: - Да, мы понимаем, что вы ни при чем. Не переживайте, вы свидетель. На этом месте большинство людей выдыхает. Но рано.
А дальше начинаются чудеса
В разных формах - иногда официально, иногда в переписке, иногда устно - человеку объясняют следующую логику.
Да, вы свидетель. Да, к вам нет претензий в рамках уголовного дела.
Но чтобы МВД направило письмо в Центральный банк и сняло блокировку, нужно вернуть деньги потерпевшему!
Аргументация при этом бывает удивительно изобретательной. Следователь начинает рассуждать о неосновательном обогащении, фактически подменяя собой суд. Иногда появляются фразы о «незаконности сделок с криптовалютой». Иногда просто звучит простая формула: Хотите разблокировать счет - верните деньги. Иногда это звучит довольно мягко. Иногда - в откровенно ультимативной форме, которая уже начинает неприятно напоминать составы должностных преступлений.
Вам прямо говорят: можно, конечно, жаловаться.
Но вы же понимаете…
Абсурдные последствия
Иногда ситуация доходит до откровенного абсурда. После такого «добровольного возмещения» следователь признает продавца криптовалюты… тоже потерпевшим. Получается довольно интересная картина. Потерпевший возместил ущерб потерпевшему. А дальше что? Найдем следующего участника цепочки — он возместит предыдущему? И так по кругу, пока мошенник не возместит ущерб и его тоже не признают потерпевшим? Как и хотел известный кот из мультфильма - в итоге победит дружба.
При всей абсурдности ситуации, если человек все-таки принимает решение вернуть деньги (что мы категорически не рекомендуем), лучше хотя бы попытаться добиться признания себя потерпевшим. Хотя бы для минимизации уголовно-правовых рисков и сохранения пусть и призрачного, но все же шанса на последующее возмещение ущерба.
Есть ли защита от такого давления?
Быстрого и простого решения, к сожалению, нет. Да, действия следствия можно обжаловать. Да, можно идти в суд. Но это требует времени, ресурсов и юридической подготовки.
Ситуацию осложняет и то, что дела часто находятся в другом регионе. При этом специалистов, которые действительно разбираются в сочетании криптовалюты, банковских блокировок и уголовного процесса, пока крайне мало. А специалисты «в целом по уголовному праву», при всем уважении, в таких делах часто оказываются не готовы к специфике.
Суды первой инстанции нередко ограничиваются формальными ответами: отсутствие предмета рассмотрения, процессуальная самостоятельность следователя и так далее. Да и классический спор - в каком порядке обжаловать: по статье 125 УПК РФ или в порядке главы 22 КАС РФ - никто не отменял.
Попробуй объясни все это в суде где-нибудь в глубинке, где ни про криптовалюту, ни про P2P-сделки вообще никогда не слышали.
Улучшится ли ситуация?
Пока предпосылок для быстрого изменения нет.
С точки зрения статистики система работает. Показатели возврата средств растут. Нагрузка на суды по гражданским искам о неосновательном обогащении снижается.
Не только МВД, но и Центральный банк начал настойчиво рекомендовать возврат средств. В письмах с разъяснениями зачастую даже не предлагается альтернативных вариантов - например, возможности доказать свою добросовестность. А случаи, когда подобные истории происходят с медийными фигурами и получают широкий резонанс, пока не предвидятся. Поэтому тема остается нишевой и не получает серьезного общественного обсуждения. Ситуация может измениться только после появления четкой позиции Верховного суда или Конституционного суда. Но для этого нужно время - и готовность людей идти по пути обжалования.
Пока же многие предпочитают просто вернуть деньги, чтобы хотя бы получить шанс на разблокировку счета. И именно поэтому эта практика продолжает распространяться.
Иногда складывается ощущение, что в борьбе с дистанционным мошенничеством кто-то решил проявить максимум усердия. Настолько максимум, что результат начинает подозрительно напоминать старую русскую поговорку о том, что чрезмерное рвение в благом деле может закончиться весьма болезненно - прежде всего для тех, кто к самому делу отношения не имеет. Мошенников искать сложно. Деньги у них находить еще сложнее. Зато рядом всегда есть человек с банковским счетом и понятной фамилией, которого можно убедить «добровольно восстановить справедливость». И пока такие истории продолжают появляться, остается только надеяться, что рано или поздно в этой практике появится четкая правовая оценка. Желательно до того момента, когда чрезмерное служебное рвение окончательно станет новой нормой.
Рекомендованные публикации
Ваш комментарий